Татьяна Волоконская (tai_simulacr) wrote,
Татьяна Волоконская
tai_simulacr

Categories:

Хуже воровства

4. Когда простота хуже воровства: въедливое отступление о мотивах

Остро чувствуется необходимость сеанса самомотивации, потому как вместо задуманного изначально этюда выходит какой-то склад многостраничных простыней, грозящих по своему объёму сравняться с оригиналом. А это уже едва ли не смехотворно - и уж точно требует хотя бы вскользь, зато уже на этом этапе указать на суть гипотезы. Иначе неравновесная конструкция подвешенных в состоянии полуразвёрнутости наблюдений может попросту рухнуть и исследователя под собой похоронить. Хотя оно, конечно, посередь переправы коней не перепрягают, и ничего, кроме акробатических трюков в исполнении то ли Карлсона, то ли дяди Митяя с дядей Миняем (и традиционно забываемым Андрюшкой), из этого процесса не выйдет.

С другой стороны, развешивая повсюду разноцветные гномьи плащи, утыкаешься в крайне скользкую материю. Оптика заядлого интерпретатора навроде меня, она ведь устроена крайне занятно, позволяя благополучно находить то, что хочется найти, а взамен подменяя охоту за смыслами - ковырянием в кишках текста, в результате чего только грязь разведёшь на пустом чистом месте. Потому как Толкиен - не Дж. Р. Р. Мартин, не Роулинг и даже не Глуховский, чтобы подозревать его в сознательном вождении читателя за нос. И все нестыковки между "Хоббитом" и "Властелином Колец" без особой натуги объясняются тем, что природа найденного старшим Бэггинсом Кольца самому автору стала понятна, по его собственному признанию, где-то к пятой главе ВК. И то, что начиналось как детская сказочка, внезапно выросло в прописанный с нуля эпос. Плавали, знаем.

(Вопрос о том, как можно было даже начинать ВК в стиле сказочки при давно и плодотворно к тому моменту осуществляемом "Сильмариллионе", пожалуй, стоит оставить на совести Толкиена и его семи пятниц. Коли он в письмах к разным адресатам требует прямо противоположного обращения со своими книгами, чо уж тут.)

С третьей стороны, нефиг Толкиену было задним числом подбирать новые объяснения старым фактам, приписывать новым персонажам заслуги старых и вообще писать "Театральные разъезды" и прочие "Развязки Хоббита". И особенно подозрительно, что единственная средиземская раса, страдающая во всех случаях толкования, - неизменно и гарантированно гномы. Так что если даже допустить, что заранее профессор ничего не продумывал, писал из чистого вдохновения и руководствовался сиюминутными потребностями сюжетного эпизода, то и тогда непонятно, что ему мешало периодически перечитывать уже написанное и не перетолковывать принципы организации Арды посередь той же переправы. Чо, многабукафф, от саморедактуры глаза выпадут?

А если серьёзно - то вот, например, пресловутые гномьи плащи. nica_kori предположила, что о стратегическом назначении камуфляжа гномы могли не подумать, поскольку "не заложено ещё этого понятия в их картину мира". Весьма логично, однако. Когда бы не ВК, где с одеждой и принципом её выбора происходят удивительные трансформации. Совет Элронда, представители разных народов, явление Боромира: "Он был одет и обут с расчётом на поездку верхом; и действительно, хотя его одеяния были богаты (а плащ даже подбит мехом), за долгое путешествие они испачкались". Сын наместника Гондора, посланный с дипмиссией, ищет всё же компромисс для своей экипировки: чтобы и красиво-роскошно было, и в то же время в дороге не мешало, а скорее помогало. И сильно сомневаюсь, что одет он был в какие-нибудь ало-золотые тона - они после конной скачки не просто "испачкаются", а изгваздаются так, что никакой мех и никакая дорогая материя представительности Боромира уже не спасут.

Идём дальше. Те же, там же, Леголас: "Был там и странный [в оригинале strange - с равным успехом это и "чудной", и "незнакомый" Фродо, то есть только прибывший - хотя Фродо сам только вчера очнулся и ни с кем из эльфов ещё толком не знакомился; вернее всего это strange - "непривычно, чужеродно выглядящий", если учесть следующий контекст] эльф, облачённый в зелёное и коричневое, - Леголас, прибывший в качестве посланника своего отца Трандуила, короля эльфов Северного Лихолесья". Тут уже прямое указание на цветовую гамму - и весьма скромную, особенно если вспомнить о склонности Леголасова папаши к эффектным головным уборам, что в фильме преуморительно высмеивает Джексон. Лихолесский цесаревич явно думал об условиях своего путешествия, прежде чем собраться в дорогу. Впрочем, ладно, цвета эльфийские, может быть, он всегда так одевается...

Но, наконец, момент истины (за напоминание о котором спасибо коллеге Д., это было попадание в яблочко) - отбытие из Лотлориэна, подарки Галадриэли и Келеборна: "Затем эльфы развернули и вручили членам Братства принесённую для них одежду. Для каждого был приготовлен плащ с капюшоном, подходящий по размеру и изготовленный из лёгкой, но тёплой шёлковой материи, которую ткут галадрим. Трудно было сказать, какого цвета были эти одеяния: вроде бы серого, как сгущающийся под деревьями сумрак, но стоило ткани шевельнуться или попасть под иное освещение, как она становилась зелёной, как опавшие листья, или коричневой, как незасеянные поля ночью, или тускло-серебряной, как вода, отражающая звёзды". Опять романтическая эльфийская колористика? Не тут-то было, эльфы любезно объясняют необходимость именно такой расцветки: "Вот увидите, они [одеяния] очень помогут вам скрыться от недружелюбных взглядов, предстоит ли вам путешествовать среди камней или среди деревьев". Камуфляж эльфийского спецназа, вот что такое этот неслыханный дар леди Галадриэли!

С этого мгновения перед внимательным читателем два возможных варианта отношения к этой вопиющей путанице в показаниях:

1) вариант внутритекстовый, формационный: жители Средиземья прекрасно осведомлены о необходимости маскировки своих разведотрядов в процессе выполнения секретной миссии, у эльфов Лотлориэна даже налажено производство спецодежды, воины Гондора обходятся здравым смыслом и соображениями ситуативного удобства, и только гномы - отсталая цивилизация такие идиоты и клоуны, что шляются в разноцветных мундирчиках (о хоббитах не будем, их образ жизни не предусматривает военных подразделений и разведгрупп)! Все бы были довольны (кроме меня, отъявленного гномофила), когда бы не отсутствие даже косвенных подтверждений такой теории: находящийся среди членов Братства Гимли маскхалат принимает беспрекословно и никаких характерных для него буффонад - "А иде мой ярко-розовый плащик?! А иде моя перевязь цвета металлик?! Чо значит "Орки заметят"? Нет, чо, пра-авда?" - не выдаёт. Кстати говоря, и до Лотлориэна розовых плащиков в его амуниции, кажется, не было.

2) вариант метатекстовый, эволюционный: когда Толкиен писал "Хоббита", он изображал аллегорический поход сказочных героев за фартом, а сказочные герои описываются формулами, в которых материальное - отражение духовного, поэтому сёдла у них золотые, подпруги шелковые, а амбиции немереные; когда же он добрался до ВК, он ударился в монументальный историзм и суровый реализм (с поправкой на условную реальность Арды), поэтому даже Гимли пересмотрел свои вкусы в одежде и не вякает, когда эльфы ему дело предлагают.

За второй вариант и мои внутренние гномофилы проголосовали бы не думая, но Толкиена, увы, не хватало даже на то, чтобы стиль повествования не менялся в рамках одной книги. Поэтому ВК начинается искпедицией Винни-Пуха на Северный полюс беготнёй хоббитов по холмам и лескам от противных и очень доставучих всадников в трауре, а где-то после пятой главы неприятные, но вполне антропоморфные (разговаривают! видимы папой Сэма!) назгулы вдруг становятся бесплотными призраками и плащами, обвивающими пустоту, прозреть сквозь которую можно лишь в состоянии острой Кольцанутости. И с экипировкой гномов в "Хоббите" происходит ровно то же самое...

Вот с Железных Холмов к отрогам Эребора прибывает долгожданное войско Даина: "Каждый из его людей был облачён в стальную кольчугу, свисавшую до колен, а ноги их защищали лосины из частой сетки гибкого металла, секретом изготовления которого владел только народ Даина". Профыркавшись от смеха, вызванного картиной гномов в металлических чулках в сеточку, следует отметить полное отсутствие цветных плащей. Как же это? Где малиновые копьеносцы, канареечно-жёлтые арбалетчики и сёстры милосердия, окрашенные в виридиан? Где переливающийся оттенками индиго и аквамарина наряд Даина, сына Наина? Где золотые цепи, брякающие на могучих грудях? Почему не вопиёт Торин за Главными вратами: мол, опозорил меня северный брат, позабыл родовую честь и фамильные цвета, знать, туго приходится гномам в Железных Холмах, крокодил не ловится, не растёт кокос кошениль не ловится, хлопок не растёт?! Почему все делают вид, что так и надо?

Потому что война. Потому что Смауг уже повержен, а гоблины застряли на подходах к Эребору, выясняя, кто на каком варге поедет и сколько летучих мышей нужно собрать, чтобы артподготовка подавила моральную сопротивляемость светлых воинств. Так что время Торину и Компании с сородичами и домочадцами снова стать плохими, миру и благоденствию Средиземья угрожающими. Не клоунами, а милитаризованными массами Свартальвхейма, выбивающими маршем своим железным пыль из земель Чахлой Пустоши. Гномы Даина сильны, угрюмы и вооружены до зубов и потому не проблеска усмешки не вызывают. А у кого вызывают - у того это будет последняя усмешка в жизни.

Очень гибкие гномы у Толкиена, однако, - точь-в-точь как ихняя сеточка для чулок: какими надо по ходу текста, такими и становятся. Ладно, допустим, что это такое разделение сфер жизни: воююем в железе, оздоровительные прогулки по Средиземью совершаем в цветных плащах-трансформах. Кстати, а во что там сейчас одеты Торин и Компания?

Вот гномы натыкаются на опустевшую сокровищницу Смауга и мгновенно переоблачаются в висевшие на стенах кольчуги, как бы знаменуя этим приближение сюжетной кульминации, которая у Толкиена всегда - большая битва. "Торин и в самом деле стал выглядеть по-королевски, облачившись в позолоченную кольчугу и подвесив к поясу топор с серебряной рукояткой, инкрустированной рубинами". Бильбо также достаётся металлическая шкурка, которая, впрочем, куда больше пригодится не ему, а его племяннику Фродо. Зато старший Бэггинс воспользуется моментом вооружения, чтобы изречь прелюбопытную сентенцию: "Чувствую себя внушительно, - подумал он, - но выгляжу, наверное, крайне нелепо. Как бы смеялись надо мной дома, под Холмом! А всё-таки жаль, что под рукой нет зеркала!" Специально для читателей, чтобы уж никаких сомнений не осталось: народы Средиземья способны представить, как они выглядят со стороны, и их здравый смысл требует, чтобы внешний облик был гармоничен, то есть чтобы наряд соответствовал его обладателю, а они оба - ситуации. Если, конечно, эти народы Средиземья - не гномы, тут уж что гномом об камень, что камнем по гному - всё одно хана камню!

А дальше случается форменный цирк-шапито. Вооружившись чем только можно, гномы отправляются обследовать подземные чертоги Эребора, попутно стремясь убраться подальше от логова Смауга (вдобавок ко всему только что ими обчищенного) и затеряться в недрах Одинокой Горы: "Свои сверкающие кольчуги они вновь скрыли старыми плащами, а блестящие шлемы - потрёпанными капюшонами". Вдумаемся. Перечитаем ещё раз. Снова вдумаемся.

А теперь представим это картинкой...

Не-е-ет! Автор, ты разбиваешь мне сердце! Даже такие тупые персонажи, которыми здесь выставлены гномы, не могут быть настолько беспросветно тупыми, чтобы посчитать металлические кольчуги более демаскирующими, чем плащи алых и лазоревых тонов. А если они ничего не знают о демаскировке, зачем им вообще понадобилось завешивать тканью металл? В качестве амортизирующей прослойки, что ли, чтобы оружие о броню при ходьбе не звякало? А "сверкающие" и "блестящие" в этом случае - опять фольклорные формулы?

Да я скорее поверю в то, что сам Толкиен уже благополучно забыл начало собственной книги и разодетых, как почётные хоругвеносцы, гномов! Видимо, теперь он всерьёз полагает, что его герои проявляют благоразумие. Вот только в это верится ещё меньше: это Достоевский с его эпилептическими припадками мог забыть к концу книги имена второстепенных персонажей и пол их детей - а чтобы здоровый дотошный человек, способный тратить время и силы на создание никому не нужной системы языков в диахроническом срезе, не был в состоянии удержать в голове маленькую повесть? Тогда зачем он оставляет в повествовании дыры такого диаметра, что сквозь них может бесшумно прошествовать кавалькада олифантов? Уж не затем ли, чтобы напомнить достаточно въедливому читателю о теории точек зрения, благополучно сформулированной Генри Джеймсом ещё в начале ХХ века? Ведь повествование, разоблачающее незаметными фактами свои собственные ведущие интонации, может удержать равновесие только в том случае, если это разоблачение отслаивает от громадной авторской фигуры фигуру назойливого, эмоционально убедительного, но крайне недостоверного рассказчика...

Кто же всё-таки рассказывает нам все эти истории о Средиземье? Кто он, так сильно не любящий гномов?
Tags: блины с чёрной иронией, литературное килевание, торин и компания
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Гори, гори ясно

    То ли у меня опять с геометрией проблемы, то ли у лорда нашего Мартина... Дивная и страшная картина дикого огня на Черноводном, но никак не могу…

  • В панцире

    «Я – гладиатор», – заявляет Юма Кагияма, выезжая на старт произвольной программы. Нет, Юма, извини, но ты жук-бронзовка.…

  • Лодки и большие корабли

    Не полюбить мне девочку Игритт: взяла и притащила пресловутого kinslayer в новый контекст, похоронив мои каламбуры про короля и кралю! А так я…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 9 comments