Татьяна Волоконская (tai_simulacr) wrote,
Татьяна Волоконская
tai_simulacr

Харибда

Чем дальше читаю Данилову, тем больше это пресловутое искусство Ренессанса, пропущенное под увеличительным стеклом декодирования, меня пугает. Вот чего Брунеллески, Микелоццо и Донателло наворотили в ризнице церкви Сан-Лоренцо, с её затемнёнными куполами-небесами:


В интерьере Ризницы использованы основные элементы рождавшейся архитектуры Возрождения: обрамлённая плоскость стены, подобная поверхности ненаписанной картины; примат горизонтальных линий; полуциркульные арки; круглые медальоны; купола; чётко выявленный, легко читаемый глазом каркас; замкнутость центрического пространства, закрытого куполом. Однако эти новые, ренессансные формы организованы в пространстве таким образом, что они диктуют не ренессансное, но средневековое поведение, поведение не зрительское, но мистериальное.

Присутствовавшие в Ризнице оказывались включёнными в некое архитектурное действо, которое они не созерцали, но сопереживали, точнее, мысленно в нём содействовали. В Ризнице нет главной точки зрения. Входная дверь расположена не на средней оси, но смещена в самый угол; в то же время подчёркнуто симметричное решение алтарной части диктует центричность точки зрения. Вступивший в интерьер Ризницы вынужден передвигаться в нём в поисках правильной пространственной позиции. Эта идеальная позиция задана архитектором, она находится в центре, она отмечена тёмно-красным порфировым кругом, она настойчиво указывается, но одновременно она физически недоступна, ибо место её занято гробницей. Создаётся напряжённая пространственно-поведенческая коллизия; идеальная симметричность плана не совпадает с асимметрией его функционального использования; вход с угла, создавая сильный ракурс, придаёт динамичность статическому кубовидному интерьеру. Пространство Ризницы, по своему замыслу контемплятивное, превращается в пространство драматического действия. Идеальный зритель, место которого указано порфировым кругом, образно отождествлён с главным действующим лицом творящегося здесь трудного, многоступенчатого подъёма - вверх, к куполу, при всей своей инженерно-технической материальности сохраняющему символическое значение неба. Реальный зритель, мысленно заняв продиктованную архитектором позицию в центре интерьера, приобщался к этой архитектурной мистерии; он ощущал себя погружённым в насыщенное, намагниченное смыслом двуполюсное пространство, с повышенным образным воздействием глубокого интерьера, замкнутого глухими, лишёнными проёмов стенами - и верхней зоны, архитектурное решение которой создаёт образ подъёма - не стремительного готического взлёта, не воспарения, не вознесения, но замедленного, требующего физического усилия - по костяку архитектурных профилей, как по ярусам строительных лесов - восхождения
(с) Ирина Данилова "Брунеллески и Флоренция. Творческая личность в контексте ренессансной культуры"

Данилова, по всей видимости, человек тонко чувствующий, но не склонный к мистическому вживанию в описываемую ситуацию (или, по крайней мере, способный не демонстрировать это), сохраняет здесь ровный, объективный исследовательский тон - тогда как я бы на её месте уже тоненько подвывала от ужаса. Ведь получается, что архитекторы своими скрупулёзно выверенными решениями подменяют здесь мистерию (как акт прижизненного духовного вознесения к сакральному) действием прямо противоположным:

- сначала они настойчиво втягивают зрителя в предназначенное тому место - гробницу[1] (уже можно содрогнуться),

- а затем провоцируют движение из этой "идеальной" точки вверх к символическому небу по архитектурным лесам дизайна.

Иными словами, они организуют штурм небес мертвецами, жёстко вынуждая посетителя ризницы занять сторону исчадий бездны. И помещают свою макабрическую фантазию внутрь действующей церкви.

Вакула, с его вписыванием в церковное пространство беснующегося чёрта, отдыхает.

***
[1] Первоначальный план Брунеллески предполагал размещение в центре пространства (строго под куполом) алтаря, и только по повелению заказчика ризницы Козимо Медичи алтарь был перенесён в главную капеллу, переделанную для этого Микелоццо, а на предназначенном для него месте поместили выполненную Донателло гробницу самого Козимо. Впрочем, эти переделки лишь добавили устрашающих деталей в первоначальный план: захват пространственного центра ризницы (по плану Брунеллески - алтаря) и последующий штурм помрачённых небес были заложены в архитектурном обрамлении изначально. Микелоццо и Донателло, выполняющие каприз Козимо, только довели ренессансную дерзость Брунеллески до предела.
Tags: бремя и престранство, воспитатель драконов, зверский иероглиф, литературное килевание, поскреби европейца
Subscribe

  • Куршевель + Красноярск

    Прелесть прелестная от Николы Фомченковой (Латвия): идеально подобранная к тону кожи сетка, имитация тяжёлого ожерелья-воротника и лиф, будто…

  • Куршевель-4

    А вот ещё одно белое платье на льду покажу, пусть и романтично засвеченное Мартинсоном. Асун Юн (Южная Корея) в произвольной программе на Гран-при…

  • Hautingly sweet

    Швейцарская фигуристка Анна ла Порта на этапе Гран-при в Красноярске выступала в шикарном платье-пиджаке под душераздирающего Асафа Авидана. Фото…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments