Category: семья

Category was added automatically. Read all entries about "семья".

девочка с яблоком

Пожнёшь судьбу

Уровень психофатализма в «Тьме» сравним разве что с «Les Revenants»: раз воплотившись в поступках, дурной характер получает возмездие в судьбе.

Вот Ханна Канвальд, она не постыдилась разрушать семью Ульриха и Катарины, когда они только потеряли младшего сына. Не пройдёт и нескольких дней, как Ханна потеряет разом сына и любовника — всех, кто у неё на тот момент оставался. Ну и финал её истории в первом из альтернативных миров — пожалуй, самый страшный из всех представленных в «Тьме».

Вот Элизабет Допплер, ей ни капли не жалко оторванного от семьи Миккеля — потому что он, видите ли, задавака. Что ж, Элизабет предстоит последовательно потерять мать, сестру, отца, мужа и дочь — причём двух последних она отнимет у себя сама.

Вот Эгон Тидеманн, свою младшую, ещё не родившуюся незаконную дочь Силью он предлагает убить. Всю оставшуюся жизнь он будет терзаем дочерью старшей законной Клаудией, пока смерть — ха-ха! — не разлучит их.

И особенно красиво здесь то, что в счёт смягчающих обстоятельств не идёт ничто: ни восьмилетний возраст Элизабет на момент, когда она произносит свой жестокий вердикт, ни то, что желание Эгона не исполняется, ни запоздалое раскаяние Ханны. Воистину: бойся своих желаний!
девочка с яблоком

Молодёжь vs. классика

Старшеклассники: Хотим читать современную зарубежную литературу, истории русской классики слишком сложны и не близки нам.

Истории русской классики:
– Меня никто не понимает, не даёт мне реализоваться, а значит, я могу вести себя с окружающими как сволочь.
– Мама говорит, что пора замуж. Выберу-ка из всех возможных кавалеров единственного, кто не откликнется на моё чувство до тех пор, пока не станет слишком поздно.
– Традиции – гири на наших ногах, семья – тупой пережиток прошлого, чувства – отстой... Ой-ой-ой, какая девочка красивая!
– Я знаю, как сделать мир лучше. Просто мне лень встать с дивана.
– Навру каждому из друзей что-нибудь несовместимое с тем, что наврал другому. А когда они все переругаются и меня оставят, начну страдать и самоубиваться.
– Говорят, надо выбирать сердцем, сердце не ошибается. Сердце говорит мне, что Андрей хороший. И Толя тоже. И Петя.
– Съездить, что ли, к бабушке в Ярославль, вдруг даст денег? Но это ж к ней подлизываться надо, к старой грымзе, ну её! Пойти поработать? Фу, как это пошло!
– Спёрли у матери ключ от беседки, закатим тусу! Что нам потом за это будет? Ну вот потом и подумаем!
– Приехал на каникулы, скучно... Пойду нагряну к бывшей на день рождения, поиздеваюсь над её новой компашкой, нахамлю всей её родне, залезу пьяный на стол с длинной обличительной речью, дождусь, пока они начнут санитаров вызывать, и красиво уйду в закат.

***
Да, и викторина тоже. Можно отгадывать.
девочка с яблоком

Внезапно "Ведьмак"

Иногда думаю: а может, надо было всё-таки в историю?

*
Перечитывала "Ведьмака" из "Последнего желания" Сапковского. И вот какая интрига с Визимиром и Фольтестом:

1) Будучи принцем, Фольтест уже представляет собой проблему для Совета Темерии: "показал, на что способен, а способен-то он был на многое". Совет надеется, что принц образумится, но надежды оказываются напрасными.

2) Отец Фольтеста Медель ("старый Медель", как его называет вызимский ипат Велерад) умирает, Фольтест становится королём. Неизвестно, сколько времени проходит между смертью Меделя и коронацией Фольтеста, а потом между коронацией и скандалом с принцессой Аддой, но если судить по рассказу всё того же Велерада – очень мало: "Вскоре после коронации, тут же после смерти прежнего-то короля, Фольтест превзошел самого себя". Адда беременна (очевидно беременна, не скрыть), Фольтест заводит разговоры о свадьбе, Совет скандализован королевским инцестом.

3) Визимир из Новиграда присылает сватов с намерением выдать за Фольтеста свою дочь Дальку, тот собирается "гнать сватов взашей", Совет в ужасе, так как боится, что Визимир, оскорблённый отказом, повыпускает из них (темерийцев? каких-то членов Совета?) кишки. С помощью Адды Совет уговаривает Фольтеста не объявлять помолвку с сестрой, а её смерть в родах спасает положение дел. Тем не менее помолвки с Далькой тоже не происходит, но не происходит и конфликта с Визимиром.

4) Через семь лет после похорон Адды и её дочери последняя вылезает из гроба упырицей и начинает терроризировать столицу. Мучения Вызимы продолжаются больше шести лет, и где-то в эти шесть лет попадает маленькая война Фольтеста с Визимиром (который по-прежнему зовётся "Визимиром из Новиграда") – но, цитируя всё того же Велерада, "по вполне достойным, понятным причинам, поскольку речь шла о передвижке пограничных столбов, а не о каких-то там доченьках или родственных узах". Параллельно с этим Фольтест опять начинает подумывать о женитьбе, но персона Дальки на горизонте больше не возникает.

5) Принцессе-упырице почти четырнадцать, в столицу Темерии прибывает Геральт, который берётся девочку расколдовать. Ему пытается помешать вельможа Острит, который хочет оставить принцессу упырицей, и упырицей живой. Геральт, уж на что далёк от политики, полагает, что упырица нужна, чтобы спровоцировать народное недовольство и скинуть Фольтеста с трона. В Редании и Новиграде, через которые он ехал в Темерию, "на каждом углу толкуют о том, что кое-кто в Вызиме посматривает на короля Визимира как на избавителя и истинного монарха". Последствия семейного скандала могут стоить Фольтесту короны (да и жизни).

А теперь вопросы:
1) Почему к моменту коронации 25-летний Фольтест (ему меньше 40 через четырнадцать лет, по предположению Геральта) ещё холост?
2) Мог ли Визимир, засылая сватов, не знать о скандале в семействе Фольтеста? Учитывая поведение самого Фольтеста и то, что в Совете и близ его полно тех, кто проблемы темерийского короля скрывать не будет (в первую голову – Острит).
3) Совет очень боится, что срыв помолвки Фольтеста с Далькой спровоцирует Визимира на агрессию. Так почему этого не происходит?
4) Чем, вашу Дальку, закончилась движуха с межевыми столбами?
5) Почему в рассказе Велерада Визимир дважды обозначен как "Визимир из Новиграда", а в сообщении Геральта он вдруг оказывается королём Редании? Значит ли это, что прежде он был, допустим, лишь принцем и наместником своего отца в Новиграде? Или что?

И это всего лишь вымышленные персонажи фэнтези. А что творится, когда я читаю Карамзина или Соловьёва?

Ой-ой-ой.
стасик

А нас за шо?

"Горький" публикует рецензию польской писательницы Ренаты Лис на книгу Марии Степановой "Памяти памяти". Лучше б я, конечно, её не читала...

Две цитаты, разделённые, *ругаюсь*, одним (!) абзацем:
"Задавать вопросы я стала слишком поздно, когда все мои уже полегли в битве со смертью или склерозом".
и
"И я не исключение: семей с искромсанной по вине истории памятью в нашей стране так много..."

И у неё ничего даже не дрогнуло, когда она это писала? Не закололо под сердцем, не застучало в затылке? Обвинив в собственной незаинтересованности историей семьи Большое время, она ни на секунду не почувствовала, как коробит совесть?

А, тут вот третья цитата, парой экранов ниже, беззастенчивость не столько сглажена, сколько подчёркнута заключением в скобки:
"...я поступаю с ней так, как все мы поступаем с мёртвыми: помещаем в навязанный им контекст, приписываем значения, эксплуатируем символически и экономически (за то, что пишу, мне заплатят)".

Ясно, да? Там нет совести. Оголтелый эгоизм и свирепое возмущение, попробуй только их упрекни.

Потому что заслужено.
близнец

Роман Шмараков

Корабли черны от смолы тяжелой;
слышен дух сосны и угрюмой ели;
и соленый снег осыпает жертву:
    ветер попутный.

Не звенеть теперь и пчелиной прялке,
в свадебном пиру не клониться тихо
светлому огню, и свирель цикаде
    уж не соперник.

Воротятся лишь, корабли оставив,
по седым волнам, как по отчей тверди,
легки и мечу неподвластны боле
    их имена к нам
(с) roman_shmarakov